По мнению председателя белорусского движения «Гражданское согласие» Артема Агафонова, Лукашенко в ближайшее время пойдёт на серьёзные уступки и подпишет договоры по интеграции и согласованной внешней политике с Россией, об этом Агафонов заявил в интервью корреспонденту «Поднепровье Инфо».

–Чего вы ожидаете от встречи Лукашенко с Путиным? Какие вопросы могут быть на этой встрече решены? И можно ли быть уверенными, что Лукашенко выполнит договоренности?

–Россия – единственная внешняя сила, способная быть модератором в белорусском политическом кризисе. Она меньше всего заинтересована в революционных потрясениях и майданах в Минске. Ей нужна стабильная Беларусь, являющаяся надежным союзником. В надежности, особенно, в последнее время, были сомнения. Поэтому ставка будет сделана именно на укрепление этой надежности и предотвращение дальнейшего ухода РБ на Запад. Не обязательно 14 сентября, но будут подписаны дорожные карты по экономической интеграции, интеграции в гуманитарной сфере, единому информационному пространству, согласованной внешней политике. Будет признание Крыма, Абхазии и Южной Осетии. В Беларуси сейчас, помимо политического, еще и экономический кризис, который нужно тушить срочно и без помощи России это сделать не получится. Поэтому Лукашенко пойдет на серьезные уступки и подпишет многое. Будет ли выполнять? Не уверен. Исполнение взятых на себя обязательств – не его сильная сторона.

–Теперь, когда большая часть лидеров белорусской оппозиции или выдворена из страны или арестована, протесты начнут затихать или, наоборот, возобновляться с ещё большей силой? Важны ли вообще лидеры для белорусских протестов?

–В наше время лидерам вовсе не обязательно самим находиться в гуще событий. Интернет, в том числе мобильный, доступен каждому и постоянно и они, если остаются на свободе, могут обращаться к протестующим дистанционно. Белорусские протесты децентрализованы и лидеры оппозиции являются в большей степени их символом, чем реальным «штабом революции». Реальная координация действий протестующих осуществляется через телеграмм-каналы. Поэтому репрессии в отношении лидеров в наших условиях только радикализуют протестные настроения.

–Некоторые эксперты считают, что все идёт по плану России, и после смены конституции Лукашенко пойдёт на досрочные выборы, на которых, возможно, у Беларуси появится новый президент. Как вы оцениваете такой вариант развития событий?

–Стране сейчас, безусловно, нужен легитимный транзит власти, который, в отличие от революционного сценария, будет проходить в правовом поле. Конституционная реформа, при условии реального общественного диалога с участием всего спектра общественно-политических сил могла бы снизить напряжение в обществе, а реформа избирательного законодательства – обеспечить прозрачность выборов и избежать той ситуации, которая спровоцировала протесты в августе.

Такой транзит власти, несмотря на то, что сейчас говорит пропаганда, был бы в интересах России потому что большинство населения остаются сторонниками интеграции и настроены пророссийски. На новых выборах лучшие шансы победить сейчас имеет пророссийский кандидат. В то же время, излишнее затягивание транзита власти и безоговорочная поддержка всего, что делает Лукашенко, включая жесткие репрессии и нежелание идти на диалог, провоцируют антироссийские настроения.

Правда сейчас, судя по действиям и заявлениям Лукашенко, вероятность такого позитивного сценария невысока. Диалог он намерен вести не с оппонентами, а со «студенческими и трудовыми коллективами», которые вообще не являются субъектами политики, лояльной общественностью и чиновниками. Анонсировано проведение Всебелорусского собрания, которое никогда самостоятельных решений не принимало и ни одного оппозиционера там никогда не было. По сути, вместо диалога нам предлагают его имитацию, которая только подогреет протестные настроения. Есть ощущение, что и либерализация в результате конституционной реформы может тоже оказаться имитационной. По крайней мере, те предложения, которые сейчас обсуждает межведомственная рабочая группа – это, скорее, передача на уровень правительства и местных властей второстепенной рутины, чем шаг в сторону реального разделения властей и сокращения президентских полномочий.